LEXX forum

yet another area of LEXX
Текущее время: 24 окт 2018, 01:11

Часовой пояс: UTC + 4 часа




Новая тема Ответить в теме  [ Сообщений: 5 ] 
Автор Сообщение
СообщениеДобавлено: 11 май 2018, 18:16 
Супермодератор
Аватара пользователя
Он получил строгое классическое образование, но буржуазной размеренности предпочёл эксцентрику и бурлеск. Он учился шить модельную обувь, но стал мастером по склеиванию целлулоидной плёнки, художником в той области, где никто не видел повода для искусства. Достигнув вершин успеха, он обнаружил, что тонет в безвестности. А по-настоящему великим его сделало в итоге именно то, из чего состояла вся его жизнь: чередование мгновений света — и мгновений тьмы…

Кадр: восторги и проекции

https://mfst.igromania.ru/wp-content/up ... 68x505.jpg
Бульвар Капуцинок в конце XIX века

…Когда мсье Борго получил предложение сдать в повременную аренду «Индийский зал», он едва сдержал радость. Этот подвальчик был оборудован для биллиарда, но префектура игру запретила, из-за чего управляющий собирался зафиксировать убытки и понести новые: зал нужно было перелицевать под что-нибудь другое, желательно — безопасное в смысле возможных запретов. Между тем «Гран-кафе», хоть и удачно расположенное неподалёку от знаменитой Оперы Гарнье, было заведением небольшим, и столь значительные дополнительные расходы были для него более чем обременительны.

И тут — такая удача!

С будущими арендаторами мсье Борго сторговался на цене 30 франков в день и сделкой остался чрезвычайно доволен. Арендаторы попросили убрать из «Индийского зала» биллиардные столы и заменить их мягкими стульями, отбыли на несколько дней и снова появились уже после Рождества.

С ними прибыли ассистенты. Клеман Морис был представлен мсье Борго как администратор намечаемого небольшого предприятия, с ним же предстояло улаживать финансовые вопросы. Механик Муассон и его помощник Дюком отвечали за практическую часть. Они натянули на стену белое полотнище (мсье Борго проследил, чтобы декор зала не был при этом повреждён) и установили напротив него диковинный аппарат.

Устройство отдалённо напомнило управляющему фотопроектор — праксиноскоп, демонстрацию которого мсье Борго видел как-то в музее восковых фигур Гревен. Впрочем, штука, с которой возился Муассон, была гораздо меньших размеров. Это навело мсье Борго на опасения, что съёмщики вряд ли смогут оправдать ею свои расходы — стало быть, доходы от аренды зала, увы, не будут продолжительны.

https://mfst.igromania.ru/wp-content/up ... ynaud1.png
Праксиноскоп

28 декабря всё было готово, и арендаторы предупредили мсье Борго, что к полудню в «Гранкафе» должны прибыть несколько важных господ. Их следовало немедленно препроводить в «Индийский зал». Список приглашённых был передан управляющему. Гостями оказались лица значительные и известные: инженер-оптик Жюль Карпантье, модный журналист Анри де Парвиль, директор музея Гревен мсье Томас, директор варьете «Фоли-Бержер» господин Лаллеман, владелец театра иллюзий «Робер-Уден» мсье Мельес и другие. Каждого из них сразу по прибытии провожали в зал, где их встречали арендаторы — господа Люмьеры из Лиона.

Приглашённых не предупреждали, что именно им будет показано. Хозяева просто поприветствовали их в самых общих и любезных выражениях и сразу же приступили к демонстрации. Когда в зале приглушили освещение, на экране стала видна весьма среднего качества фотография: упряжная лошадь тянула телегу по площади Корделье в Лионе. Господин Мельес, иронично приподняв бровь, повернулся к соседу и довольно громко произнёс:

— Так вот для чего нас пригласили! Это же обычная проекция, такие в моём театре уже десять лет как…

Закончить фразу господин Мельес не успел, потому что лошадь с телегой стронулась с места и неспешно двинулась к правому краю экрана. По площади Корделье пошли люди, вслед за двухэтажной конкой с рекламой папиросной бумаги «Абади» проехал почтовый дилижанс…

Гости остолбенели. Поражён был даже привычный к самым невероятным зрелищам и фокусам господин Мельес. Да, это была проекция — но какая! Она не была похожа на движущиеся рисунки Рейно или силуэты из зоотропа. Это была настоящая живая фотография. Для Мельеса, который привык считать, что идёт в ногу с театральным прогрессом (а часто даже опережает его), зрелище было абсолютным открытием.

Муассон сменил в аппарате катушку, и зрителям показали «Обрушение стены». На экране несколько рабочих с помощью рычагов раскачали и свалили старую кирпичную стену, подняв клубы пыли. Потом на экране что-то неуловимо изменилось, и уже упавшая стена поднялась из руин и встала на место! Зрители потрясённо ахнули.

Следом был показан «Политый поливальщик». Англичанин бы назвал эту сценку «скетчем». Действие было нарочно разыграно перед камерой. Повторить его в театре было бы парой пустяков, думал Мельес, но в театре такой номер станет лишь крохотным эпизодом в большом представлении. А как живая фотография он выглядит… Выглядит ошеломляюще.

https://mfst.igromania.ru/wp-content/up ... 68x565.jpg


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 11 май 2018, 18:19 
Супермодератор
Аватара пользователя
Когда демонстрация завершилась, господин Мельес немедленно спросил Люмьера, сколько тот хочет за своё изобретение. Господин Люмьер ответил, что аппарат не продаётся. Господин Мельес сказал, что он не стеснён в средствах, и с ходу предложил господину Люмьеру десять тысяч франков — сумму, по здравом размышлении, решительно завышенную. Господин Люмьер, однако, предложение вежливо отклонил.

К торгам присоединился директор музея Гревен, сказав, что в таком случае он готов заплатить хоть двадцать тысяч франков. Господин Люмьер, улыбнувшись, снова покачал головой. Мсье Лаллеман из «Фоли-Бержер», которому, наконец, удалось справиться со своим открытым ртом, в ажитации взвинтил ставку до пятидесяти тысяч франков. Услышав это предложение, некоторые из приглашённых не сдержали возгласов изумления.

— Господа, — вежливо сказал господин Люмьер, обращаясь к гостям; в голосе его звучало торжество безусловного триумфатора. — Мы польщены вашим интересом к созданному нами кинематографу и столь высокими оценками этого изобретения, однако мы намерены эксплуатировать его самостоятельно. Мы не предполагаем передавать секреты его конструкции в иные руки, даже столь достойные. С сегодняшнего вечера мы начинаем в этом зале публичные платные демонстрации и будем рады видеть вас и ваших знакомых здесь, в «Гран-кафе» на бульваре Капуцинок.

Мсье Борго, несмотря на занятость в главном зале кафе, заметил, что покидающие «Индийский зал» господа были крайне возбуждены и бурно обменивались впечатлениями. Если представления аппарата станут популярны, подумал управляющий, плата за аренду подвала сможет прилично снизить убытки от его неудачной перестройки… Хотя, конечно, с тарифом я перестарался… Это сколько же нужно привлечь публики, чтобы оправдать расход тридцати франков в день?

В тот первый день сборы Люмьеров и правда составили всего лишь тридцать пять франков. Но на следующий вечер очередь из желающих увидеть кинематограф и его живые фотографии протянулась аж до Рю де Комартен. Число сеансов пришлось увеличить, «Индийский зал» едва успевали между ними проветривать.

Из-за ажиотажа цена билета на сеанс вскоре подскочила до целого франка, а выручка кинематографа достигла немыслимых сумм в полторы, две и даже две с половиной тысячи в день.

Мсье Борго, естественно, мечтал потребовать увеличения арендной платы за «Индийский зал», но боялся спугнуть удачу. Люмьеры запросто могли найти для своих представлений другое помещение и увести к мерзавцам-конкурентам тысячи клиентов, коротавших время в «Гран-кафе» до, после и между сеансами.

Мсье Мельес, в свою очередь, не боялся спугнуть Фортуну — он собирался её очаровать. Чары были его главной страстью и любимой профессией.

Тьма: имя действия

В русском языке нет общеупотребительного названия для тёмного промежутка между кадрами позитивной плёнки. Чаще всего его называют «межкадровой полосой». Зритель в кино видит только последовательность кадров и не знает, что находится между ними, — его это, в общем, и не касается.

Киномонтажёр ориентируется по межкадровым полосам, разрезая и склеивая плёнку. Иногда на этих промежутках ставят технические метки. Собственно, всё.

Но само существование этих «мгновений тьмы» для кино принципиально важно. Потому что сам по себе каждый отдельный кадр — это просто неподвижное изображение. Для того чтобы картинка ожила, нужна смена нескольких кадров. Движение возникает именно при смене одного кадра другим. То есть как раз в момент межкадровой тьмы.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 11 май 2018, 18:25 
Супермодератор
Аватара пользователя
Кадр: выход на сцену

Полное имя его было Мари-Жорж-Жан Мельес, он был третьим сыном сапожника.

Зачин в духе сказок Шарля Перро, да только с фокусом: папа-сапожник был неприлично богат. Правда, начинал Жан-Луи-Станислас Мельес как обычный бродячий башмачник. В 1843 году он на своих двоих притопал в Париж и нанялся на обувную мануфактуру. На работе познакомился с девушкой, Жанной-Катериной Шеринг, как оказалось, её папа был когда-то в Голландии королевским поставщиком обуви. Потом случился пожар, и королевский двор Нидерландов остался без поставщика, а Жанна-Катерина отправилась искать счастье в Париж. Нашла Жана-Луи-Станисласа.

https://mfst.igromania.ru/wp-content/up ... Martin.jpg
Бульвар Сен-Мартен в XIX веке. Тут родился и вырос Мельес

Соединив его трудолюбие и её опыт, молодожёны открыли на бульваре Сен-Мартен мастерскую по пошиву, как сейчас сказали бы, модельной обуви высокого класса. К 1861 году, когда вслед за сыновьями Анри и Гастоном родился Жорж, мастерская Мельесов превратилась в крупное предприятие, приносившее семье баснословный доход.

Жоржа отправили учиться в лицей Мишле, но тут случилась Франко-Прусская война, и лицей мимоходом сгорел. Пришлось смирить сословную скромность и перевести ребёнка в более престижный лицей Людовика Великого. Тамошних преподавателей юный Жорж радовал не успехами в латыни, а опытами в изящных искусствах: ему удавались выразительные шаржи на однокашников и наставников. Наброски украшали и рабочие тетради Мельеса, и даже учебники, за что он был регулярно поощряем взысканиями и призывами к его совести, папиному доброму имени — и толстому кошельку. Несмотря на столь выдающиеся таланты, Жорж всё-таки сумел в 1880 году закончить лицей и получить степень бакалавра.

С таким образованием не грех и серьёзным делом заняться, решил Мельес-папа и отправил Мельеса-сына на семейное предприятие, проходить практику. Жоржа учили орудовать шилом и делать модельные выкройки, пока ему не пришёл срок идти на три года в армию. К счастью, войны не случилось, а потому из армии молодой человек демобилизовался целым, невредимым и с прежней страстью к безобразиям. Папа-сапожник вздохнул и приказал сыну ехать в Лондон — улучшать произношение и работать клерком в партнёрской компании.

В Лондоне эпохи Её Величества Королевы Виктории для молодого француза нашлось много интересных компаний — не всегда партнёрских, но зачастую весьма занимательных в смысле приятного времяпровождения. С одной из них он как-то закатился в «Египетский зал», театр фокусов, который держал знаменитый иллюзионист Джон Невил Маскелайн.

Жорж увидел его представление и был потерян для обувной промышленности навсегда. Магия захватила его. Пусть даже искусство фокусника заключалось в том, чтобы заставить зрителя в нужный момент моргнуть и именно в этот миг, пока зритель беспомощен и ослеплён, подменить в его кармане яйцо курицей, — это всё равно была настоящая магия. Изящество исполнения превращало обман в искусство.

https://mfst.igromania.ru/wp-content/up ... e_moon.jpg

https://mfst.igromania.ru/wp-content/up ... 68x589.jpg


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 11 май 2018, 18:28 
Супермодератор
Аватара пользователя
Год в Лондоне пролетел, пришло время возвращаться во Францию. Дома Жорж заявил отцу, что намерен учиться живописи в парижской Школе изящных искусств. Жан-Луи-Станислас ответил, что на такую фигню денег не даст. Жорж пожал плечами и сказал, что сам может заработать столько, сколько ему нужно, и устроился на семейную фабрику инженером-механиком. В качестве акции по принуждению к покорности родители попытались его женить, но и тут он придумал лучше — женился сам, да по любви, да ещё и на девушке с большими достоинствами и не меньшим приданым. Звали её Эжени.

Отстояв своё право на самоопределение, Жорж решил более не скрывать дурных наклонностей и принялся регулярно посещать театр фокусов, основанный патриархом французской сценической магии Жаном Эженом Робер-Уденом. Сам великий маг скончался ещё в 1871 году, но театр продолжал процветать под управлением его наследников.

Дававшиеся тут представления были восхитительны, и Мельес под их влиянием решил сам заняться фокусами. Он принялся брать уроки у иллюзиониста Эмиля Вуазена, который был чрезвычайно доволен своим учеником и даже организовал для него показательные во всех смыслах выступления — сначала в «Фантастическом кабинете» музея восковых фигур Гревен, а затем и в Галерее Вивьен.

В 1888 году произошли два важных для Мельеса события. Во-первых, у них с Эжени родилась дочь Жоржетта. Во-вторых, папа Жан-Луи-Станислас решил уйти на покой и официально передал дело сыновьям. Это сделало Жоржа совладельцем крупного предприятия, которое, увы, совершенно его не интересовало. А потому он договорился с братьями и продал им свою долю, получив на руки внушительную сумму — около полумиллиона франков.

Что делает ответственный молодой отец семейства, если вдруг становится неимоверно богат? Он не разменивается на мелочи и делает крупные покупки. Жорж Мельес, например, купил себе театр «Робер-Уден».

Производство обуви навсегда осталось для него в прошлом. Следующие несколько лет жизни Мельес посвящает обновлению театра. Он разбирает профессиональный архив Робер-Удена, ремонтирует созданные им восхитительные автоматоны и сам создаёт несколько новых. Он режиссирует спектакли театра, пишет для них сценарии, разрабатывает декорации, придумывает новые иллюзии. Представления становятся всё более зрелищными и забавными. Пригодились и инженерный опыт, и воспоминания о блистательных лондонских спектаклях Маскелайна, и талант художника. Авторитет Мельеса среди профессиональных иллюзионистов растёт как на дрожжах. В его театр приходят работать Ботье Де Кольта, Райнали, Дюпере…

Вот опубликованное в одной из парижских газет описание номера «Замок Мессмера», поставленного в театре в 1894 году.

"Автор этого спектакля Жорж Мельес придумал отправить артистов театра «Робер-Уден» к знаменитому магу Мессмеру, в замке которого, согласно легенде, водятся привидения. Прелестные декорации представляют освещённые лунным светом интерьеры замка и придают известную таинственность странным вещам, происходящим на сцене.

Фокусник Дюпере в сопровождении Мариуса, сногсшибательного слуги, который не устаёт развлекать публику, проникает в замок, дабы убедиться, что там действительно происходят странные явления. Перед его глазами происходят чудеса: двигается мебель, шляпы летают по воздуху, вертятся столы, музыкальные инструменты сами начинают играть, портреты оживают, человеческие тела становятся легче воздуха…

Актёры выходят из замка, потрясённые виденными там чудесами, так же как и публика, которая не может понять — показывали ей ловкие фокусы или она присутствовала при подлинно необъяснимых явлениях…"

В 1895 году французское общество иллюзионистов избирает 34-летнего Мельеса своим президентом. Возможно, в тот торжественный момент он полагал, что достиг одной из вершин своей карьеры. Оказалось, это были только первые подступы к вершинам.

В конце декабря того же 1895 года Мельес получил письмо: некие братья Люмьер из Лиона приглашали его посетить демонстрацию сконструированного ими аппарата. Презентация (как сказали бы англичане) должна была состояться в «Гран-кафе» на Бульваре Капуцинок, дом 14. Это было совсем недалеко от его театра. Мельес решил сходить.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 11 май 2018, 18:29 
Супермодератор
Аватара пользователя
Тьма: теперь не смотри…

Иллюзия — такой же способ отражения действительности, как и все прочие искусства.

В руке у фокусника трость, она хорошо видна и несомненно реальна. А через миг она превращается в змею — наблюдаемую и даже, если будет на то воля иллюзиониста, осязаемую. И трость, и змея существуют на самом деле, но связь межу ними скрыта в том потерянном мгновении, когда одно превращается в другое.

Скорее всего, в этот момент вы на что-то отвлеклись. Или моргнули. Или так пристально следили за манипуляциями артиста, что поймались на ложное движение. Так или иначе, между тростью и змеёй образовался краткий миг тьмы, событийный зазор, который вы так хотели поймать хотя бы в виде отблеска.

Проблема в том, что вы можете следить только за кадрами. Фокусник имеет доступ к тёмному промежутку между ними. А зрители туда не допущены.

https://www.mirf.ru/kino/georges-melies


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Новая тема Ответить в теме  [ Сообщений: 5 ] 

Часовой пояс: UTC + 4 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

cron
Электронная почта администрации: skylynx@lexxwiki.ru
Яндекс.Метрика